Роль и значение конкретно-исторических условий для развития и эволюции высшего образования в СССР в 1960-1985 гг

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Народное образование. Педагогика
Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 94/99
РОЛЬ И ЗНАЧЕНИЕ КОНКРЕТНО-ИСТОРИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ ДЛЯ РАЗВИТИЯ И ЭВОЛЮЦИИ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В СССР В 1960—1985 гг.
Д. Б. Михайлов
THE ROLE AND IMPORTANCE OF SPECIFIC HISTORICAL CONDITIONS IN THE DEVELOPMENT AND EVOLUTION OF HIGHER EDUCATION IN THE
SOVIET UNION IN 1960−1985
D. B. Mikhailov
В статье с привлечением обширного исторического и статистического материала проанализирована политика Советского государства в области эволюции высшего образования с 1960 по 1985 год, а также произведен сравнительный анализ с зарубежным опытом. Автором сделаны выводы как о положительной, так и об отрицательной роли государства в развитии высшей школы.
The educational policy of the Soviet government in the sphere of evolution of higher education from 1960 till 1985 has been analyzed on the basis of extensive historical material and statistical data. Comparative analysis of home and foreign experience has been made. Conclusions about both positive and negative role of the state in the higher school development have been drawn.
Ключевые слова:
СССР, высшая школа, высшее образование, командно-административная система, реформы, экстенсивный путь развития.
Keywords:
the Soviet Union, the higher school, higher education, administrative command system, reforms, extensive course of development.
Ситуация с развитием высшего образования после Второй мировой войны в СССР во многом отличалась от ситуации как в развивающихся, так и в развитых странах. Своеобразие советской образовательной политики было обусловлено, прежде всего, особенностями конкретно-исторических условий, в которых находилась страна, и спецификой ее социально-политической системы [1].
Понеся громадные человеческие и материальные потери в годы Второй мировой войны, СССР довольно быстро восстановил в послевоенный период экономический потенциал. В середине 50-х годов ХХ века перед Советским Союзом встала необходимость выбора стратегии развития и модернизации, которая во многом связывалась с развитием НТР. Опережая по уровню экономического развития развивающиеся страны, СССР по многим параметрам социальной сферы и инфраструктуры, уровню и качеству жизни населения отставал от развитых стран Запада [2]. Многие годы он оставался страной «догоняющего развития». Заявив о намерении Советского Союза догнать и перегнать развитые капиталистические государства, политическое руководство СССР выбрало курс экстенсивного развития.
Естественно, что все противоречия и проблемы, порождаемые экстенсивным развитием экономики, особенности функционирования социально-политической системы наложили свой неизгладимый отпечаток на эволюцию системы высшего образования страны в середине 1950-х — 1980-х годах.
Высшая школа СССР, являясь элементом существовавшей общественной системы и функционируя в ее рамках, была призвана решать те задачи, которые декларировались КПСС. В конечном итоге именно партийно-государственная элита КПСС определяла государственную политику и приоритеты в сфере высшего образования, исходя из декларируемых политических и стратегических целей. Высшее образование, как и другие сферы общественной жизни, было чрезвычайно централизовано и монополизировано [3].
Анализ партийных и государственных документов этого времени, посвященных проблемам образования, убедительно показывает, что одним из приоритетов образовательной политики был признан рост массовости высшего образования в связи со стратегическим курсом на стимулирование НТР. В этом плане показательна реформа общеобразовательной школы конца 1950-х — начала 1960-х годов, которая была одной из первых в мире попыток решить проблемы массового образования, характерного для многих развитых стран. Главная среди них состояла в обусловленной развитием НТР потребности соединения ранней подготовки молодежи к профессиональной деятельности с необходимостью постоянного повышения уровня ее общей образовательной подготовки [4].
Реформа была во многом обусловлена необходимостью снять противоречие между высоким уровнем устремлений молодежи к высшему образованию и реальными потребностями экономики в рабочей силе. Указанная реформа имела как положительное, так и негативное значение для развития высшей школы СССР. С одной стороны, путем внедрения обязательного среднего образования была создана база для роста студенческого контингента в 60-х — начале 70-х годов. С другой стороны, форсированное расширение всех уровней профобразования привело к диспропорции между выпуском из школ и приемом в вузовскую систему, что снизило потенциал для дальнейшего развития высшей школы и привело к назреванию негативных моментов в высшем образовании в середине 70-х — 80-х [5].
О форсированном росте массовости высшего образования в середине 50-х -начале 60-х годов свидетельствуют данные статистики и архивные документы. так, общая численность студентов в вузах СССР к 1960 году по сравнению с 1955 годом увеличилась на 528,5 тыс. человек (28,2%) и составила 2 404 тыс. человек. Ежегодный прирост численности студентов во второй половине 1950-х годов колебался от 78 до 123 тыс. человек. За эти годы было создано 29 новых вузов при одновременном укрупнении и реорганизации существующих, открыто около 500 филиалов и учебно-консультационных пунктов [6].
Естественным следствием этих мер был бурный рост выпуска специалистов с высшим образованием. За пять лет (1956−1960 годы) было выпущено 1 497,3 тыс. специалистов. В 1960 году по сравнению с 1955 годом промышленность и строительство получили больше специалистов в 1,7 раза- сельское хозяйство — в 1,5 раза- здравоохранение — в 1,8 раза. Особенно быстрыми темпами шла подготовка инженеров: среднегодовой прирост подготовки таковых составил около 10%, а общая их численность в народном хозяйстве увеличилась даже по сравнению с
1957 годом на треть (33%). С большим нарастанием проходил выпуск специалистов, подготовленных без отрыва от производства. Например, в 1960 году по сравнению с 1957 годом численность студентов вечерней формы обучения увеличилась более чем в два раза, а студентов-заочников на 40% [7].
Заданные темпы подготовки специалистов в вузовской системе СССР, самые высокие в мире, сохранились и в 1960-е годы. Курс на экстенсификацию высшей школы, преимущественно на валовые показатели, был практически узаконен решениями партийных и государственных органов. В постановлении ЦК КПСС и Совмина СССР от 9 мая 1963 года с особой гордостью подчеркивалось, что плановые задания по подготовке специалистов на 1959−1965 годы высшая школа выполнила полностью. За это время было подготовлено и выпущено из высшей школы 2 143 тыс. специалистов [8].
Масштабы подготовки последних увеличились в 1,5 раза по сравнению с предшествующим периодом, в том числе инженеров — в 2,5 раза. Особенно возросло количество обучающихся по заочной и вечерней формам обучения. Общий контингент студентов-вечерников в 1967 году по сравнению с 1960 годом увеличился в 3,5 раза, студентов-заочников — более чем в 1,5 раза. По сравнению же с довоенным уровнем рост подготовки специалистов выражался в ошеломляющих цифрах: например, численность студентов-заочников за это время выросла в 7,5 раза, а студентов-вечерников — в 23 раза [9].
В 1970-е — 1980-е годы много писали о «революции в образовании» и ее взаимосвязи с требованиями НТР, что было объективно обусловлено бурным темпом расширения сферы высшего образования [10]. Эволюция вузовской системы СССР во многом зависела от сочетания двух моментов: потребностей внутреннего развития и давления внешнеполитических факторов, действия последних на процессы внутреннего развития, в частности на развитие высшего образования в условиях жесткой и нарастающей политической конфронтации, или, иначе говоря, холодной войны [11].
Стремительное расширение вузовской системы СССР, как мы считаем, было связано с соображениями своеобразно понимаемого политического престижа страны в условиях постоянно нарастающей политической и идеологической конфронтации двух сверхдержав и двух социальных систем. Хорошо известно, что в условиях «биполярного» мира любые достижения в области науки и образования, культуры и спорта трактовались как доказательства преимущества того или иного социального строя, олицетворяемого СССР или США. По словам Дж. Бертралла, «…сигналы советского спутника возвестили всему миру, что СССР является пионером в области высшего образования, даже по сравнению с США и Англией» [12].
Реформы высшего образования развитых стран были адекватны быстрым изменениям в экономике и социальной сфере формирующихся «постиндустриальных» обществ.
Анализируя общемировые тенденции в развитии высшей школы, необходимо отметить, что для ведущих мировых государств в 1970-е — 1990-е годы были характерны следующие изменения в данной сфере:
— значительное расширение масштабов развития высшего образования-
— децентрализация управления и расширение автономии вузов и академических свобод-
— замена факультетов и кафедр вузов департаментами, в рамках которых стал использоваться междисциплинарный подход к обучению и подготовке специалистов-
— создание региональных систем высшего образования-
— создание неуниверситетского сектора высшего образования и нетрадиционных высших учебных заведений с обучением на основе новых информационных технологий, введение новых организационных форм вузовской науки [13].
Структурные изменения в высшем образовании ведущих зарубежных стран приводили к появлению и развитию новых типов учебных заведений, прежде всего технических, технологических и научно-технических университетов. Основные задачи, которые решались при создании таких учебных заведений, -интеграция технического образования с гуманитарными и естественными науками, профессионализация университетского образования. Реформы высшего образования в ведущих странах мира в значительной степени затронули сферу финансирования и управления. Из государственных бюджетов стали покрываться основные расходы в области образования. Трансформации в области управления высшей школой были направлены на поиск оптимального сочетания централизма и децентрализма. В странах с децентрализованными системами управления высшим образованием (США, Англия, ФРГ) роль центральных органов управления усилилась. В странах с централизованным управлением (Франция, Япония) была осуществлена передача части полномочий правительственных органов региональным органам управления и вузам. Общей тенденцией стала реализация принципов выборности и паритетного участия в управлении академической и вузовской общественности, рост самостоятельности низовых подразделений вузов.
В отличие от ведущих западных стран управление высшим образованием в СССР, формы его финансирования и хозяйственной деятельности, структура учебного процесса практически не изменялись на протяжении 30 лет (с середины 1950-х — до середины 1980-х годов). Отсутствие социального заказа на инновации, невосприимчивость к новому, характерные для всех сфер общественной жизни периода «застоя», привели к тому, что Советский Союз постепенно стал утрачивать лидирующие позиции в сфере образования, которые он занимал до середины 80-х годов. Стало ясно, что по качественным (экономическим и социальным) параметрам, уровню жизни населения СССР не смог реализовать лозунг «Догнать и перегнать!» в отношении ведущих западных стран.
В этих условиях идеологически в пользу престижа страны, как казалось в то время, работали удобно сопоставимые количественные показатели, такие как общая численность ученых, специалистов и студентов, инженеров, врачей и т. д. Однако при более детальном рассмотрении эти же количественные показатели свидетельствовали, что при декларируемом курсе на интенсификацию СССР продолжал развиваться за счет максимально возможного, а не оптимального вовлечения материальных и человеческих ресурсов в сферу экономики и занятости [14].
В высшем образовании кризисные явления стали обнаруживаться в снижении доли его финансирования, хроническом недофинансировании из госбюджета. Остаточный принцип финансирования образования и всей социальной сферы, как известно, был связан с гонкой вооружений и колоссальными затратами на оборону.
По несколько, на наш взгляд, завышенным расчетным данным В. Г. Первьшшна, расходы на оборону, включая военное образование и науку, достигали 52% от валового национального продукта (ВНП), или 73% от национального бюджета. Ведя практически в одиночку гонку вооружений с лидирующими странами Запада и достигнув здесь паритета, СССР проиграл тотальную гонку развития социальной сферы, в том числе системы образования [15]. По данным Н. А. Хроменкова, доля национального дохода, направленная на нужды образования, в Советском Союзе и США изменялась следующим образом: в 1960 году в СССР — 10%, в США — 4%- в 1985 году соответственно 7% и 12% [16].
В Советском Союзе кризис системы высшего образования явился отражением ситуации в обществе в целом. Начиная с 1983 года происходило постоянное сокращение общей численности студентов. В 1988 году она уменьшилась до уровня 1974 года. С 1981 года сокращался показатель количества студентов в расчете на 10 тыс. человек. Эта негативная тенденция особенно удручающе выглядела в сопоставлении с изменением численности студентов за последние 15−20 лет в ведущих странах мира. Мировой опыт свидетельствовал о том, что быстрый и успешный выход из экономического и социальною кризиса происходил там, где приоритет отдавался образованию и ему оказывалась необходимая финансовая и материальная поддержка [17]. В СССР в анализируемое время наблюдалась противоположная тенденция сокращения относительной доли расходов на высшее образование из госбюджета. так, при увеличении численности студентов в СССР с 1960 по 1985 год в 2,4 раза относительная доля расходов на высшее образование сократилась почти на 30%. Для сравнения отметим, что за 1960−1985 годы расходы на высшее образование в США выросли с 7,1 млрд долларов до 95,5 млрд долларов, или в 13,5 раза. В 1985 году расходы на образование в США составили 7,8% от ВНП, или 330 млрд долларов, в том числе на высшее образование было израсходовано 40% этой суммы, или 141 млрд долларов [18]. Естественно, что при таких противоположных подходах к финансированию высшего образования ситуация складывалась не в пользу высшей школы СССР. Если в 1970 году расходы на высшее образование США превысили в 7 раз расходы СССР, то к середине 1980-х годов — уже в 16 раз.
Проявление кризисных явлений в сфере высшего образования СССР обнаруживалось не только в сокращении финансовых ресурсов, но и в значительном уменьшении темпов роста студенческого контингента. Динамика численности принятых в вузы СССР по пятилеткам выглядела следующим образом (в тысячах человек): в 1965 году — 854, в 1970 году — 912, в 1975 году — 994, в 1980 году — 1 052, в 1985 году — 1 104. Соответственно по нарастающей, но со значительным замедлением темпов изменялась и численность выпускаемых специалистов (в тысячах человек): в 1965 году — 404, в 1970 году — 631, в 1975 году — 714, в 1980 году — 817, а в 1985 году -859 [19].
Эти данные свидетельствуют об увеличивающемся замедлении темпов роста студенческого контингента. Если в середине 1950-х — 1960-х они были высокими, то в 1970-х годах значительно замедлились, а затем к началу 1980-х рост сменился снижением численности студентов. Несмотря на то, что абсолютная численность студентов в СССР по сравнению с 1960 годом увеличилась к 1985 году в 2,4 раза и составила 5 147,2 тыс. человек, Советский Союз значительно уступал по этим абсолютным показателям США, а по многим качественным параметрам,
характеризующим высшую школу, и другим ведущим странами мира. В частности, по количеству студентов на 10 000 человек населения впереди СССР к середине 80-х годов оказались 7 развитых стран Запада, а также Куба [20].
Сложившаяся ситуация явилась важной причиной падения престижа высшего образования в стране. Сопоставительный анализ данных за 1960−1985 годы о выпуске из полной общеобразовательной и неполной школ и приеме в профессиональные учебные заведения показывает, что численность принимаемых всегда превышала количество выпускников школ. Если численность последних взять за 100%, то количество поступивших в вузы изменялось по нарастающей следующим образом: 1960 год — 110%, 1970 год — 111%, 1980 год — 120%, 1985 год — 139% [21].
Представляется необходимым обратить внимание на саму тенденцию превышения численности принимаемых в систему высшего профессионального образования над количеством выпускников средних школ. Расширение приема в вузы шло до начала 1970-х годов в соответствии с увеличением выпуска учащихся из общеобразовательных школ, но затем прием продолжал увеличиваться, несмотря на то, что выпуск из средней школы уменьшался. Значительный рост числа выпускников школ в начале 1970-х годов был обусловлен процессом становления всеобщего среднего образования. К середине 1970-х годов количество выпускников школ стало быстро сокращаться в связи с изменением демографической ситуации.
Соответственно изменились и конкурсы в вузы: до середины 70-х годов они были достаточно высокими, затем резко уменьшились. В 1985 году по всем группам вузов в среднем конкурс был почти в 1,5 раза меньше, чем в 1966 году [22]. Именно в результате снижения конкурсов ухудшился социальный и качественный состав студентов. Удельный вес абитуриентов, получивших положительные оценки, по отношению к плану приема все время падал. В 1960-е годы он держался на уровне 200%, а в 1985 году составлял только 112%, т. е. почти все (за исключением 12%) абитуриенты, получившие положительные оценки, были зачислены в вузы, соответственно падал и проходной балл во все группы вузов [23].
В заключение из приведенных выше фактов можно сделать вывод, что государственная политика в сфере высшего образования привела к оформлению бюрократически замкнутой, централизованной вузовской системы, где планирование осуществлялось от достигнутого уровня без учета реальных изменений в социальной структуре и в структуре занятости. «Валовой» подход, характерный для экстенсивной экономики, стал безраздельно господствовать и в высшей школе. Управленческие решения властных структур не разрешали, а лишь усугубляли накопившиеся проблемы. Политика расширения массовости высшего образования в условиях командно-административной системы приобрела инерцию развития в одном направлении -экстенсивном — и по этой инерции была доведена до абсурда. Игнорировался и отвергался общемировой опыт развития высшего образования. Количественный же рост высшей школы не сопровождался необходимыми качественными изменениями, адекватными быстро меняющимся экономическим, технологическим, социально-культурным и демографическим потребностям общества.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. Елманова В. К. Высшее образование за рубежом. Л., 1989. С. 10−15.
2. Мерль В. Экономическая система и уровень жизни в дореволюционной России и Советском Союзе // Отечеств. история. 1998. № 1. С. 104−118.
3. Шубин А. В. Социальная структура СССР в канун перестройки // Там же. 1997. № 4. С. 131.
4. Турченко В. И. НТР и революция в образовании. М., 1973. С. 38- Филиппов Ф. Р. Всеобщее среднее образование. М., 1976. С. 97- Кочетов А. Н. Интеллектуальный потенциал общества. Саратов, 1991. С. 17−18.
5. Кочетов А. Н. Профессиональное образование в 60−80-х годах: путь к инфляции // Отечеств. история. 1994. № 4−5. С. 145−149.
6. РГАНИ (Рос. гос. арх. новейшей истории). Ф. 5. Оп. 35. Д. 125. Л. 4−6- Там же. Оп. 62. Д. 72. Л. 1−13.
7. Шушарина О. П. Государственная политика в сфере высшего образования в 1953—2003 гг.: тенденции, проблемы, противоречия (на материалах Российской Федерации): дис. … д-ра ист. наук. М., 2004. С. 54.
8. О мерах по дальнейшему развитию высшего и среднего специального образования, улучшению подготовки и использования специалистов. Постановление Ц К КПСС и Совмина СССР от 9 мая 1963 г. // Собрание постановлений правительства СССР. 1963. С. 202.
9. Высшая школа СССР за 50 лет / под ред. В. П. Елютина. М., 1967. С. 126−127.
10. Турченко В. Н. НТР и революция в образовании. М., 1973. С. 42- Развитие высшего образования в условиях НТР в социалистических странах. М., 1981. С. 147.
11. Лельчук В. С. СССР в условиях войны // Доклады Ин-та рос. истории РАН: 1995−1996 гг. М., 1997. С. 189.
12. ГАРФ (Гос. арх. Российской Федерации). Ф. 5462. Оп. 32. Ч. 1. Д. 357. Л. 52−53.
13. ЦАМО РФ (Центр. арх. М-ва образования Российской Федерации). Ф. 8. Оп. 1. Д. 180. Л. 8.
14. Лельчук В. С. Указ. соч. С. 215.
15. Образование в условиях перехода к рыночной экономике. М., 1991. С. 67.
16. Хроменко Н. А. Образование, человеческий фактор, социальный, прогресс. М., 1989. С. 3.
17. ЦАМО РФ. Ф. 8. Оп. 1. Д. 180. Л. 7.
18. Образование в условиях перехода…
19. Высшая школа СССР: достижения, проблемы, перспективы. М., 1987. С. 32−34- Народное образование и культура в СССР. М., 1989. С. 13, 134.
20. Молодежь в СССР. М., 1990. С. 13.
21. Труд в СССР. М., 1989. С. 93, 97- Высшее образование в СССР. М., 1990.
С. 44.
22. Высшая школа сегодня: цифры и факты. М., 1990. С. 64.
23. Высшее образование в СССР. С. 44.

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой